Римские термы: печь под полом и полдня городской жизни

Термы — это не баня, а полгорода под крышей

Римляне называли банями два разных типа зданий. Balneum и balnea — небольшие бани квартала, улицы или частного дома. Thermae — огромные комплексы, которые строил император. Разница не в словаре, а в масштабе: в маленькую забегали помыться по дороге домой, в большой человек проводил полдня.

Рядом с горячими залами в императорском комплексе работали:

• палестры — открытые дворы, где разминались, боролись, играли;
• натацио — большой бассейн для плавания;
• библиотеки, часто отдельно греческая и отдельно латинская;
• экседры и портики — ниши с сиденьями и крытые галереи для прогулки в тени;
• таберны — лавки с едой по краю участка;
• комнаты для масла, массажа, игр.

За вход в императорские термы горожанин не платил вовсе или платил гроши. Император дарил городу досуг и покупал этим благодарность, а не продавал абонемент. Отсюда и ощущение клуба на тысячи человек: счета оплачивало государство. Но правило «в Риме мылись даром» на все провинциальные бани не растянешь: где проходила граница между квартальной баней и настоящими термами, сколько стоил вход в разные века и с какого часа пускали публику — разбираем в статье о ценах, часах и публике римских бань.

Возле входов торговали собой, стены расписывали эротикой, моралисты писали об этом с возмущением. Но сводить термы к этому не стоит. Честнее сказать так: в термах мылись на виду у всех, а что при этом прилично, каждый век решал по-своему.

«Спа в античности» — удобное сравнение, а не римское слово. В Риме не знали ни слова «спа», ни аромаламп в горячем зале. Сравнение работает ровно до тех пор, пока напоминает о маршруте по залам и о сервисе.

Печь под полом: как римляне грели залы

Пол в горячем зале не лежал на земле. Строители поднимали его на невысокие столбики, и под ним оставалась пустота. В печь — её называли префурниумом — рабы день напролёт подбрасывали дрова. Горячий воздух и дым шли в эту пустоту, растекались под полом, а оттуда поднимались в каналы внутри стен. Всё устройство целиком называют гипокаустом.

Что из этого получалось:

1. Пол становился тёплой плитой, стены грелись вместе с ним. Грели поверхности, а не воздух до сотни градусов, как в современной сауне.
2. Горячие залы ставили ближе к печам, холодный зал — дальше от них.
3. Дров уходило столько, что термы держались на подвозе топлива так же, как на воде акведука.

Как это складывали, описал Витрувий в пятой книге «Об архитектуре»: столбики из небольших кирпичей, сверху плиты в два фута, поверх них раствор и пол. А настил под полом кладут с уклоном к печи — тогда горячий воздух сам тянется вверх и не застаивается в дальнем углу.

Одним полом дело не ограничивалось. В стены закладывали тубулы — полые кирпичи, поставленные сплошным коробом от подпола до кровли, и по ним горячий воздух уходил наверх. Стена грелась вместе с полом и — что не менее важно — не потела: пар оседает на холодном камне, а на горячем нет.

Печи топили рабы и служители. Они же грели котлы, подавали воду, чистили каналы от сажи. Романтики в этой работе не было: они обслуживали котельную и прачечную сразу, только на весь квартал.

После античности в Западной Европе полы так не грели много веков. Идея вернулась окольным путём — через восточные бани, курорты XIX века и тёплые полы современных спа.

Чем топили и кто стоял у печей

Печь стояла не в зале, а за его стеной, в служебном дворе: устье топки выходило прямо в подполье, дрова подтаскивали снаружи, дым уходил по стенным каналам. Жар в зале есть, огня и золы гость не видит. Над топкой ставили бронзовый котёл, выступавший боком в горячую ванну кальдария, — вода грелась тем же огнём, что и пол.

Топили дровами и хворостом, а где что было дешевле — обрезками, лозой, в оливковых краях жмыхом. Расчёты историков дают для больших комплексов тонны дров в сутки, но это именно расчёт: римских ведомостей на топливо не сохранилось.

Разную температуру в соседних залах держали не заслонками, а планом здания. Кальдарий ставили вплотную к печи, тепидарий — дальше по подполью, куда доходил уже остывший поток, а под фригидарием подпола не делали вовсе. Где жара требовалось больше, ставили не одну топку.

У печей стояли истопники: латинское слово для них — fornacator, банный печник, и отдельное помещение при топке отводили как раз им. Держать ровный огонь, выгребать золу, чистить каналы от сажи: забитый канал не грел, а дымил в зал. А пол над самой печью раскалялся так, что босиком по нему не ходили, — обувались в деревянные сандалии на толстой подошве.

Как здание держало жар и сырость

Горячий зал круглый год работает на разрыв: снизу печь, сверху пар, за стеной холодная вода. Дерево такого не терпит, поэтому кальдарий и лаконикум перекрывали сводами из бетона на кирпичном каркасе. Свод держал не только крышу. Витрувий советует в горячих залах делать его двойным: пар поднимается, оседает каплями, и если потолок один, сырость идёт в деревянные части перекрытия и губит их. У двойного свода влага скапливается между двумя оболочками и до дерева не доходит.

Полы клали с уклоном, по краям шли жёлобы и сливы. Спущенную из бассейнов воду пускали через латрины, и та же вода их промывала, а сами бассейны держали проточными: «сменить воду» по-римски значило не вычерпать её, а не давать останавливаться. Здание, которое каждый день топят и заливают водой, живёт, только пока за ним ходят.

Путь по залам: от раздевалки до холодной воды

Набор комнат менялся от города к городу. Но общая цепочка помогает читать и римские руины, и вывески современных «римских бань».

* Градусы в термах никто не мерил: термометра не было. Цифры 36, 40 и 70 °C — ориентиры современных реконструкций, а не замеры на объекте.

Как выглядел обычный банный день:

1. Раздеться в аподитерии.
2. Размяться на палестре — не обязательно каждый раз.
3. Войти в тёплый зал и дать телу привыкнуть.
4. Перейти в горячий: пот, горячая вода, масло.
5. По желанию заглянуть в сухую потельню.
6. Соскоблить с себя масло скребком и ополоснуться.
7. Нырнуть в холодный бассейн, выйти в общий зал.
8. Отдыхать, есть, разговаривать, читать.

Порядок римлянин мог менять. Кто-то начинал с палестры и масла, кто-то шёл сразу в жар, кто-то торчал в холодном зале, как в клубе. Археологи находят в провинциях разные планировки, так что таблица выше — ключ к чтению, а не устав. Пройти по этой цепочке ногами можно и сегодня: лучше всего она читается в банях Помпей и Геркуланума, где целы и ниши раздевалки, и подпол со столбиками.

Схема разошлась далеко за пределы Италии: те же залы и тот же пол на столбиках находят на Кавказе — в Гарни и Шухути.

Тёплый зал пережил Рим и дожил до современных бань: про тепидарий есть отдельный разбор.

Лаконикум часто называют древней сауной. Это преувеличение: сухая потельня — одна комната из цепочки, а не вся римская баня. Когда сегодня на дверь сухой кабины вешают табличку «лаконикум», а рядом нет ни горячего влажного зала, ни холодной воды, от Рима остаётся одно слово.

Сухой жар и влажный: чем лаконик отличался от кальдария

Кальдарий — зал с водой. У дальней стены, над самой печью, стояла горячая ванна на несколько человек, а в противоположном конце, обычно в полукруглой нише, — лабрум, каменная чаша с холодной водой на ножке: из неё плескали в лицо и на голову, тело в жару, голова в прохладе. Воздух получался влажный и плотный, ближе к хамаму, чем к сауне: пот с кожи не испаряется, и высидеть долго не выходит.

Лаконикум — зал без воды: небольшая круглая комната под куполом с отверстием в вершине. Витрувий описывает остроумную деталь — под отверстием на цепях висел бронзовый щит, его поднимали и опускали, регулируя, сколько жара уйдёт наружу. Такой заслонки в кальдарии не было. Здесь потели насухую; имя зал получил от спартанцев, а в текстах его зовут ещё судаторием — «потельней».

Разница практическая: во влажном зале сидеть тяжелее, зато кожа и грязь размягчаются — потому масло и скребок шли именно в кальдарии.

Масло и скребок вместо мыла

Римлянин мылся так:

1. Намазывался оливковым маслом, иногда с ароматами.
2. Потел, пот и грязь смешивались с маслом.
3. Снимал этот слой стригилом — изогнутым металлическим скребком.
4. Ополаскивался водой.

Мыло как повседневный товар — совсем другая история. Для терм важен именно жест: масло и скребок, а не гель в душевой.

Спину скребли не только себе: служители подавали масло и могли поработать скребком за гостя. Как это выглядело в конкретном городе — где стояли скребки, где отводили отдельную комнату под соскабливание и откуда взялась байка про мыло из золы, — видно на материале бань Помпей и Геркуланума. Через много веков похожую работу возьмёт на себя банщик в турецком хамаме — с жёсткой рукавицей вместо металлического скребка. Инструменты разные, привычка отдавать спину чужим рукам одна.

Мужчины и женщины: одного правила не было

На вопрос «мылись ли вместе» нет ответа, годного на все века и провинции.

• Где-то мужчины и женщины ходили в разные часы.
• Где-то им отводили разные отделения.
• Где-то мылись вместе, и моралисты это осуждали.
• Большие комплексы с двумя одинаковыми крыльями разводили потоки людей заранее, ещё на плане.

Одно можно сказать точно: в термах раздевались при посторонних, и на наготу, на чужой взгляд и на разговор там смотрели по-своему. Мерить это привычками современной парной не стоит — как и наоборот.

Вода: акведук, цистерны, тысячи кубометров

Без воды термы мертвы. Большие комплексы получали её из веток городских акведуков, держали запас в цистернах и разводили по бассейнам и котлам свинцовыми и глиняными трубами.

Термы Каракаллы питала отдельная ветка Аква Антониниана, связанная с акведуком Аква Марция, а с южной стороны стояла батарея цистерн. Часть маршрута этой ветки археологи до сих пор восстанавливают по косвенным данным.

Сколько уходило воды в день, точно не скажет никто: цифра зависит от объекта и способа подсчёта. Речь о тысячах кубометров, в популярных пересказах — о миллионах литров. Порядок ясен и без точной цифры: воду термам подавал не колодец у избы, а городское хозяйство размером с коммунальную баню целого района.

Когда воду отрезали — при осаде, при разрушении акведука, — термы гасли быстро. Быстрее, чем менялись нравы.

Термы Каракаллы: как устроен маршрут в императорском комплексе

Термы Каракаллы строили при Северах, а доделывали уже преемники Каракаллы. Точные годы стройки и открытия разобраны там, где речь о самих зданиях и их заказчиках.

Ось развернули с северо-востока на юго-запад, с оглядкой на солнце: горячий зал поставили на юго-западном конце, холодный — на северо-восточном. Вдоль оси залы шли один за другим: бассейн для плавания, холодный зал, тёплый, а в конце круглый горячий зал под куполом около 35 метров в поперечнике. По бокам — две одинаковые палестры. По краям участка стояли библиотеки, между оградой и главным зданием разбили сады.

Самое интересное для нашей темы спрятано под полом: там шли служебные подземелья — коридоры, по которым к десяткам топок подвозили дрова, минуя гостей, водоводы и сливы. Комплекс работал в два этажа: наверху мрамор, внизу огонь и вода.

Сколько занимал участок, во что обошёлся, кто и на какие деньги его строил и сколько человек помещалось внутри — счёт отдельный и спорный, он разобран в статье об императорских комплексах и их заказчиках.

Термы работали до VI века и погасли не от ветхости: осаждающие перерезали воду, и банная жизнь в комплексе кончилась быстро. Дата, обстоятельства осады и дальнейшая судьба камня разобраны в статье о зданиях и их заказчиках.

Почему термы закрылись

Короткий ответ «церковь запретила наготу, и термы умерли» слишком удобен. Причин было несколько, и они складывались.

1. Вода. Когда под Римом перерезали акведуки, огромный комплекс стало невозможно ни топить, ни мыть: без воды не работают ни бассейны, ни котлы.
2. Деньги. Дрова, работники, ремонт сводов, свинец в трубах — содержать термы стало дороже, чем город мог себе позволить.
3. Нравы. Христианские авторы ругали смешанное мытьё и наготу на людях. Где-то бани переделывали под новые правила, где-то они съёживались до маленьких.
4. Стройматериал. Термы растащили: мрамор и камень уходили в церкви и дворцы, руины превращались в каменоломню, потом в сад и кладбище паломников.
5. Землетрясения. Они довершили то, что начала экономика.

Легко объяснить всё моралью и не заметить перерезанную трубу. Ошибка ровно в этом.

Что от терм осталось

На востоке Средиземноморья линия не прервалась. Византийские городские бани, потом исламские, потом хамам — те же тёплый камень, вода и переход из зала в зал.

В Западной Европе термы такого размера больше не строили. Но в XIX–XX веках европейцы снова начали делать цепочки тёплых и холодных залов: «римско-ирландские» бани, курзалы на водах. Они взяли идею постепенного перепада температур, а не печь под полом Каракаллы.

Современный спа с тёплым, горячим и холодным залами ближе к римскому маршруту, чем дачный сруб с одним полком. При этом бетонный хамам с парогенератором — потомок исламской городской бани, а не копия Каракаллы.

Если хочется пройти похожий путь по залам сегодня, читайте описание процедур и подогрев лежака, а не слово «термы» на вывеске. В каталоге для этого есть подборка бань с хамамом.

Мифы

Вывод

Римские термы учат читать баню как маршрут и как хозяйство города сразу. Вода из акведука, печь за стеной и пустота под полом, тубулы в стенах, залы от тёплого к горячему и обратно к холодному, масло со скребком, толпа во дворе. Это ближе к большому спа, чем к дачной парной, и ближе к логике хамама, чем к одной кабине с градусником.

Термы Каракаллы в этой картине — мера масштаба: маршрут вдоль оси, купол над горячим залом, подземелья с топками под ногами у гостей. Комплекс работал больше трёх веков и встал, когда перерезали воду.

Дальше стоит посмотреть на наследников и решить, какое тепло нужно вам: влажный зал с тёплым камнем или сухая кабина. Латынь на двери в этом выборе не помогает.