История возникновения бани: древнейшие находки и свидетельство Геродота

Геродот, книга четвёртая: что там написано на самом деле

Геродот — греческий историк, он жил в пятом веке до нашей эры. Его книгу с античности зовут «История»: это рассказ о войнах греков с персами, а заодно обо всём, что автор успел разузнать про соседние народы. Труд делится на девять книг, каждой досталось имя одной из муз. Четвёртая называется «Мельпомена», и в ней Геродот описывает скифов — кочевников северного Причерноморья.

Нужное место — главы 73, 74 и 75. Назвать их стоит точно: по статьям о банях кочует пересказ пересказа, и первоисточник в нём уже не узнать.

Перед этим, в главах 71 и 72, историк рассказывает о похоронах скифского царя: тело возят по подвластным племенам, потом опускают в яму вместе с оружием, золотом и утварью, рядом кладут убитых слуг и коней. Глава 73 начинается с похорон простого скифа, а дальше Геродот переходит к тем, кто хоронил. Люди, которые только что закопали покойника, должны очиститься.

Что они делают, шаг за шагом

1. Моют голову.
2. Ставят три жерди, наклонив их верхушками друг к другу, — получается остов шалаша.
3. Обтягивают жерди шерстяным войлоком и стягивают его как можно плотнее, чтобы не выпускать дым.
4. Бросают раскалённые докрасна камни в чан, который стоит на земле посреди этих жердей.
5. В главе 74 Геродот объясняет греку, что за растение конопля: в Скифии она растёт и дикая, и посеянная, похожа на лён, только толще и выше. Справку он вставил, чтобы читатель понял следующую главу.
6. В главе 75 скифы подлезают под войлок и бросают конопляное семя на камни.
7. Поднимается такой густой дым и пар, что, по словам Геродота, «никакая эллинская паровая баня не сравнится» — цитата дана по переводу Георгия Стратановского.
8. Скифы громко вопят от удовольствия.
9. Водой они тело не моют вовсе: это парение заменяет им мытьё.
10. Скифские женщины растирают на шершавом камне куски кипариса, кедра и ладана, разводят кашицу водой, обмазывают лицо и тело, а наутро снимают — кожа остаётся чистой и блестит.

Очищение или погребальный обряд

Верны оба ответа, и в этом вся соль.

Кусок про палатку стоит внутри рассказа о похоронах, и повод назван прямо: люди хоронили покойника и после этого отмываются от мёртвого. Формально Геродот описывает погребальный обряд. Но заканчивает он рассказ фразой совсем другого рода: парение служит скифам вместо бани, потому что водой они не моются. Это уже не про похороны, а про быт — так они моются вообще, всегда. Обряд задал повод, а приём был повседневный. Спор «баня или ритуал» придумали позже пересказчики, у самого Геродота его нет.

Точная формулировка длиннее любой из привычных: в главах 73–75 описано очищение после похорон, и там же сказано, что этим же способом скифы обходятся без воды в обычной жизни.

Чего Геродот не писал

Он не писал про воду на камнях. На камни бросают конопляное семя. Никакого «плеснули ковш и получили пар» в тексте нет: и дым, и пар идут от тлеющих семян и от самих раскалённых камней. Заодно рассыпается привычный оборот «скифы купались в палатке вокруг раскалённых камней»: никто там не купался и вокруг камней не сидел — люди подлезали под плотно натянутый войлок, а камни лежали в чане посредине.

Он не описывал постройку. Три жерди и войлок — переносной шалаш, его ставят и снимают. Ни здания, ни сруба, ни каменной камеры в тексте нет.

Он не называл это баней. Он сравнивает скифскую палатку с греческой паровой баней, уверенный, что читатель поймёт сравнение с ходу. А значит, в Греции пятого века до нашей эры паровая баня была делом привычным: рассказ про скифов заодно оказался свидетельством про греков.

Сам ли Геродот всё это видел, неизвестно: историки до сих пор спорят, сколько он осмотрел лично, а сколько записал с чужих слов в греческих городах Северного Причерноморья. Его текст говорит, что рассказывали в пятом веке до нашей эры. Чтобы проверить рассказ, нужна вещь.

Откуда взялось само слово «баня» и как банное дело называли в русских документах — сюжет не археологический, а языковой, и он разобран в материале про банное дело и страницы его истории.

Откуда взялся «450 год до нашей эры»

Эта цифра переписывается из статьи в статью как дата первого письменного упоминания банных процедур. Точного года у «Истории» нет: Геродот работал над ней в последней трети пятого века до нашей эры, обычно текст относят к 430-м и 420-м годам. «Около 450 года» — округление, удобное для запоминания. Заодно стоит поправить и вторую половину расхожей фразы: никакой бумаги в античной Греции не было, писали на папирусе.

Но главное не в округлении. Главное в том, что дата относится к тексту, а не к обычаю. Представьте фотографию деревенского дома, снятую в 1910 году: дом на ней стоит крепкий, обжитой, с протоптанной тропинкой к крыльцу. Дата снимка — 1910. Дата дома — неизвестна и явно раньше. Ровно так же с Геродотом: он застал отработанную процедуру со своим порядком действий, а не новинку сезона. Насколько раньше её придумали, текст не говорит ничего. Вдобавок он ссылается на греческую паровую баню как на вещь известную — значит, к моменту записи в греческом мире уже жил свой обычай парения, о происхождении которого этот текст тоже молчит.

Вывод короткий: «450 год до нашей эры» — возраст самого подробного описания, а не возраст бани.

Пазырык: находка, которая легла на текст

Вещь нашлась через двадцать четыре столетия и за тысячи километров от Скифии Геродота.

В урочище Пазырык на Горном Алтае стоят курганы — насыпи над погребальными ямами. Первый раскопал Михаил Грязнов в 1929 году, курганы со второго по пятый — Сергей Руденко в 1947–1949 годах. Под каменной наброской там образовалась линза льда: вода просачивалась внутрь, замерзала и больше не оттаивала. В такой могиле сохраняется то, чего археологи почти никогда не видят: дерево, кожа, войлок, ковры, семена, конская упряжь и даже татуированная кожа погребённых.

Во Втором кургане Руденко нашёл два одинаковых набора. В каждом:

• небольшой бронзовый котелок на ножках, а в нём камни со следами огня;
• над котелком — остатки каркаса из шести жердей, связанных вверху;
• покрышка: одну раму накрывали кожей, другую, судя по остаткам, войлоком;
• к ножке одной из рам привязан кожаный сосуд с семенами конопли.

Руденко прямо написал, что перед ним полный набор для того самого очищения, которое Геродот описал у причерноморских скифов. Дату Второго кургана уточняли дважды: по годичным кольцам брёвен погребального сруба и радиоуглеродом с привязкой колец к калибровочной кривой. Получается около 300 года до нашей эры — примерно через полтора века после Геродота. Заодно подтвердилась мелочь: у Геродота камни лежат не в яме, а в чане на земле, и находка ложится ровно на это. Сосуд переносной, его можно поставить куда угодно и увезти с собой. Кочевнику так и надо.

Честная оговорка, без которой находку пересказывать нельзя

Это не те скифы. Геродот писал о кочевниках северного Причерноморья, Пазырык — Горный Алтай, тысячи километров восточнее. Народы родственны по укладу, по конской упряжи, по звериному стилю в вещах, но это не один и тот же народ, и про Алтай Геродот ничего не знал. Жердей у него три, в Пазырыке шесть; у него чан, здесь бронзовый котелок.

Что же тогда доказано? Немало. Что описанный приём не выдумка кабинетного грека: у кочевников скифского круга действительно существовал переносной шалаш с раскалёнными камнями и коноплёй, и его клали в могилу как нужную покойнику вещь. И что обычай держался на огромном пространстве — от степей севернее Чёрного моря до алтайских долин.

Чего находка не доказывает: что Геродот видел обряд своими глазами и что пазырыкские люди делали это по той же причине, что причерноморские. Котелок с обожжёнными камнями сообщает, что здесь жгли коноплю. Зачем жгли, вещь молчит. Слово «очищение» приходит из текста, а не из земли.

Вот это разделение — половина всей работы историка бани. Вещь отвечает на вопрос «что и когда», текст отвечает на вопрос «зачем». Подменять одно другим нельзя, даже когда они так красиво сходятся. Разница между аккуратной формулировкой и эффектным «археологи нашли скифскую баню Геродота» — ровно то, ради чего написана эта статья.

Памир: когда за дело берётся химия

В восточном Памире, на территории Китая, археологи раскопали могильник Цзирзанкал. Радиоуглеродные даты указывают примерно на 500 год до нашей эры. В погребениях лежали деревянные жаровни, а в них — обожжённые камни.

Дальше сработала не лопата, а прибор. Исследователи соскоблили нагар с дерева и с камней, разобрали пробы на отдельные вещества и взвесили молекулы каждого. В нагаре нашёлся каннабинол — вещество, которое образуется, когда конопля горит. Работу Мэн Жэня и соавторов напечатал журнал Science Advances в 2019 году.

Раньше археолог мог сказать только так: «сосуд похож на курильницу, камни обожжены, рядом семена — видимо, тут жгли коноплю». Теперь он говорит иначе: «на этом камне лежит вот эта молекула». Между «похоже» и «измерено» — пропасть, и её стоит чувствовать, читая любой текст про древность.

Оговорка обязательна и здесь. Цзирзанкал — не баня, никто там не мылся: это дым в замкнутом объёме во время погребения. Но основа та же — люди калят камни на огне, кладут на них растение и садятся в получившийся дым.

Чем археологи датируют находку

Когда в тексте стоит «VI–IV века до нашей эры», за этим должен стоять способ. Способов немного, и у каждого своя точность.

Слой. Что легло раньше, лежит ниже. Стена, прорезавшая слой с углём, построена позже этого угля. Слои дают порядок событий, а не годы.

Радиоуглерод. Всё живое набирает углерод, и среди него есть тяжёлая разновидность, которая после смерти организма распадается с известной скоростью. Химик считает, сколько её осталось, и получает возраст. Метод разработал Уиллард Либби и получил за него Нобелевскую премию по химии в 1960 году. Работает он только по органике: уголь, зерно, солома, кость, кожа. Ответ приходит не годом, а вилкой в десятки лет. Если в одной работе стоит 590 год, а в другой — около 650, это не значит, что кто-то ошибся: это и есть настоящая точность метода.

Годичные кольца. Год выдался сырой — кольцо шире, засушливый — уже. Бревно из раскопа накладывают на собранную для этой местности последовательность колец, находят совпадение и узнают год, когда дерево срубили. Способ самый точный, но нужны и бревно, и готовая шкала.

Вещи рядом. Монета с портретом правителя или черепок известного типа говорят «не раньше чем»: дату они не дают, зато отсекают всё, что раньше.

Вулканический пепел. Слой пепла от известного извержения — мгновенный срез: всё, что под ним, было живо до этого дня.

И главное ограничение, о котором в популярных текстах не пишут: датируется вещь, а не обычай. Уголь в топке говорит, когда горел огонь, и ничего не говорит о том, когда люди начали париться. Привычка углерода не оставляет.

Постройки, которые датированы надёжно

Хойя-де-Серен, Сальвадор. Памятник нашли в 1976 году, когда бульдозерист снёс ковшом край насыпи. Раскопки повёл Пейсон Шитс из Университета Колорадо, он начал работать здесь в 1978 году. Деревню майя засыпало пеплом вулкана Лома-Кальдера, слой набрался до десяти метров, и под ним уцелели крыши, посуда, запасы и даже грядки. Постройка номер девять оказалась паровой баней: глинобитная камера с куполом под соломенной кровлей, отверстие в своде, топка, скамьи примерно на десяток человек. Дату извержения считают радиоуглеродом по соломе кровли, и разные работы дают от 590 года до середины седьмого века нашей эры. Вилка в полвека — не небрежность авторов, а честно показанная точность метода. И ещё: пепел датирует день гибели деревни, а не день, когда её построили. Парильня была старше катастрофы, на сколько — отдельный вопрос.

Пьедрас-Неграс, Гватемала. Экспедиция музея Пенсильванского университета работала на этом городе майя с 1931 по 1939 год под руководством Линтона Сатеруэйта. Восемь построек там опознаны как паровые бани, лучше всех сохранилась постройка P-7. Опознали их не по одной примете, а по сумме: низкая каменная камера с толстыми стенами, единственный низкий вход, в который человек протискивается согнувшись, отдельная топка у стены, круглые отдушины и сток для воды. По описаниям майяских паровых бань, человек входил внутрь с чашей кипятка и пучком листьев, плескал воду на раскалённую стену и получал разом пар и горячий дождь.

Олимпия. Греческую баню там начали строить в пятом веке до нашей эры, а к концу четвёртого пристроили помещение с горячей водой. Это ровно то время и ровно та культура, с которой Геродот сравнивал скифский шалаш: эллинская паровая баня оказалась не фигурой речи, её копают и описывают. Со времён сводной работы Рене Жинувеса 1962 года число известных греческих банных заведений выросло втрое, примерно до семидесяти пяти. Как из греческой бани выросли римские общественные — тема соседняя, она разобрана в материале про устройство и порядки римских терм.

Сухая потельня у Витрувия. Через четыре века после Геродота римский архитектор Витрувий в пятой книге «Десяти книг об архитектуре» объясняет, как её устроить. Греки звали такую комнату лаконик — по Лаконии, области вокруг Спарты. Помещение должно быть круглым, чтобы жар от середины расходился ровно, в куполе оставляют отверстие, а под ним на цепях вешают бронзовый диск: поднимая и опуская его, банщик меняет жар в зале. Важен здесь не столько диск, сколько тон. Античный автор пишет о парении не как о диковине соседнего племени, а как об инженерной задаче с рукояткой управления.

Мохенджо-Даро. Большую купальню на Инде раскопала в 1920-е годы экспедиция под руководством Джона Маршалла. Бассейн примерно 12 на 7 метров, глубина до 2,4 метра, кирпичная кладка на гипсовом растворе в два слоя, а между слоями проложен битум — гидроизоляция третьего тысячелетия до нашей эры. Надёжно здесь всё, кроме назначения: что в бассейне совершали омовения, а не просто плескались, археологи выводят из планировки квартала, а не из надписи — письмо Инда никто читать не умеет. И главное для нашей темы: это купальня с водой, ни топки, ни камней, ни следов пара там нет. Купание и парение — разные занятия, и смешивать их только потому, что оба связаны с водой и наготой, значит терять смысл вопроса.

Потовые хижины: обычаи, которые видели своими глазами

Есть третий сорт свидетельств, кроме находок и античных текстов, — этнографический. Человек приехал, посмотрел, записал, иногда сфотографировал. У такого свидетельства своя сила и своя слабость. Сила в подробностях: наблюдатель видит, как топят, сколько сидят, кто идёт первым, что при этом говорят. Ни один раскоп такого не даст. Слабость в глубине: записанное в 1796 году говорит про 1796 год и ни про какой другой. Обычай мог жить тысячу лет, а мог сложиться за полвека до приезда наблюдателя.

Темаскаль. Мезоамериканскую паровую баню называют темаскаль, от слова «темаскалли» на языке науатль — дом жара. В шестнадцатом веке францисканец Бернардино де Саагун собрал во Флорентийском кодексе описания и рисунки: там показаны два типа постройки, в том числе прямоугольная, сложенная из сырцового кирпича, с топкой снаружи. Науа парились и просто так, и чтобы лечиться. Здесь сошлось сразу три линии: постройки выкопаны в Пьедрас-Неграс и Хойя-де-Серен, обычай описали очевидцы колониального времени, а сам темаскаль работает в Мексике и Гватемале до сих пор. Такое схождение — большая редкость: обычно исследователю достаётся одна линия из трёх, и остальное он вынужден достраивать.

Потовая хижина в Северной Америке. Каркас из молодых ивовых прутьев, поставленных куполом, покрышка, не пропускающая света, яма посередине. Камни калят на костре снаружи и заносят внутрь, а потом льют на них воду. Обряд записан не только сторонними наблюдателями: в 1947 году лакотский святой человек Чёрный Лось продиктовал его Джозефу Эпесу Брауну, и в 1953 году вышла книга «Священная трубка». Жерди, покрышка, горячие камни — тот же принцип, что у Геродота, и разница ровно в одном: здесь на камни льют воду, а в скифской палатке бросали семена. Из этого сходства регулярно делают вывод о родстве обычаев. Вывода не получается, и почему — чуть ниже.

Ирландские дома пота. По-ирландски их зовут teach allais, «дом пота»: маленькая каменная будка сухой кладки, без окон, с низким лазом и дымовым отверстием наверху. По всему острову учтено больше трёхсот таких построек, 258 в Республике Ирландия и 44 в Северной Ирландии, причём больше сотни собралось в одном графстве Литрим. Ставили их у ручья или озера — пропотев, человек лез в холодную воду. Первое описание оставил в 1796 году французский путешественник шевалье де Латокне: он видел, как местные лечатся в них от больных глаз и других хворей. В конце 1930-х ирландские школьники записывали рассказы стариков, для которых это была ещё живая память.

А теперь то, ради чего этот пример здесь. Постройки есть, а даты нет. Раскопана из них ровно одна, и каменные будки, которые стоят сегодня, скорее всего, не старше второй половины девятнадцатого века: сооружения хрупкие, их перекладывали. О происхождении обычая рассказывают разное — то римские миссионеры принесли, то викинги, — но ни одна версия не подтверждена, и в специальной литературе так и написано: пока не будет раскопок, вопрос останется без ответа. Значит, честная формулировка звучит так: парение в Ирландии засвидетельствовано с 1796 года, сотни построек сохранились, древность традиции не доказана. Каменная будка на склоне не становится древней оттого, что похожа на древнюю.

Ирландские кучи жжёного камня: как выглядит честный спор

Fulacht fiadh, «печь охотника», — самый распространённый доисторический памятник Ирландии: подковообразная насыпь из потрескавшихся от жара камней и чёрной от угля земли, а в середине корыто, часто обшитое деревом, и рядом очаг. Учтено их больше четырёх с половиной тысяч. Радиоуглерод кладёт большинство в средний и поздний бронзовый век, примерно с 1500-х по 500-е годы до нашей эры.

Датировка не спорная. Спорное — назначение. Что в корыте кипятили воду раскалёнными камнями, проверено опытом. Дальше начинаются версии. Варили мясо. Обрабатывали шерсть или кожу. Мылись и парились. Варили пиво — эту версию Билли Куинн и Деклан Мур в 2007 году проверили практикой и сварили в реконструированном корыте эль. Версию с парильней предложили Лоуренс Барфилд и Мартин Ходдер в журнале Antiquity в 1987 году: костей на этих насыпях почти нет, а если бы там варили мясо, кости были бы. Сегодня основной работой чаще считают всё-таки приготовление пищи, а купание допускают как побочное занятие. Общего мнения нет до сих пор.

Обратите внимание, чем эта неопределённость отличается от расхожей. Гипотеза названа. Авторы названы. Год и журнал названы. Возражения названы. Читатель может пойти и проверить. Сравните с фразой «в Болгарии стояли дома с заострённой крышей, там грели камни и лили на них воду»: ни памятника, ни раскопок, ни слоя, ни даты, ни имени копавшего. Разница между двумя абзацами не в стиле — в первом можно проверить каждое слово, во втором ни одного. Поэтому болгарских домов в этой статье и нет.

Почему «баня появилась у всех народов сразу» — догадка

Что у нас на руках. Скифская палатка, описанная в пятом веке до нашей эры и подтверждённая находкой около 300 года до нашей эры. Мезоамериканская потельня, раскопанная под вулканическим пеплом и описанная в шестнадцатом веке. Хижина с ивовым каркасом в Северной Америке, записанная и наблюдателями, и самими участниками обряда. Каменные будки в Ирландии, известные с 1796 года. Греческие бани, раскопанные и опубликованные. Жаровни на Памире, где горение конопли подтвердил прибор.

Чего нет. Ни одной ниточки, связывающей эти обычаи между собой. Ни цепочки памятников, тянущейся из одного края в другой. Ни заимствованного слова. Ни технической мелочи, которую невозможно придумать дважды.

Объяснений на самом деле два. Первое: приём придумали независимо в разных концах земли, потому что задача одна и решение напрашивается. Второе: обычай пошёл из одного места и разошёлся вместе с людьми. Чтобы доказать первое, надо показать, что между этими народами не было связи; чтобы доказать второе — найти цепочку передачи. Для бесписьменного времени не сохраняется ни то ни другое, и ни один слой земли не расскажет, кто у кого перенял.

Независимое изобретение выглядит правдоподобно. Нагреть камни в костре и накрыть их вместе с собой чем-нибудь плотным — простейший способ сделать жар там, где нет ни водонепроницаемого котла на всю компанию, ни печи с дымоходом. Такое решение люди находят сами, без учителей. Но «правдоподобно» и «доказано» — разные слова. Что действительно следует из находок, звучит скромнее: между Алтаем и Сальвадором в те века связи не было, значит, как минимум дважды до этого приёма додумались отдельно друг от друга.

Одну популярную версию распространения проверить всё-таки можно. Её пересказывают так: сначала Исландия, оттуда Европа и Азия, потом через пролив в Северную Америку. Исландию заселили примерно в 870-е годы нашей эры. Потельня в Хойя-де-Серен к этому времени уже больше двух веков лежала под пеплом, а скифскую палатку описали за тринадцать веков до первого исландского двора.

И ещё один ход, который попадается почти в каждом тексте: если считать нагрев камней банной процедурой, то баня существовала уже в каменном веке. Ход красивый и пустой — вывод в нём спрятан внутри условия. Поменяйте определение, и ответ поменяется, а мир останется прежним. Раскалённые камни в очагах находят на множестве древних стоянок, но люди на них варили воду, готовили еду, грели жильё, парили шкуры. Обожжённый камень сам по себе не сообщает, зачем его калили.

Как отличить археологическое свидетельство от красивой легенды

Проверка занимает минуту и не требует специального образования. Шесть вопросов к любому утверждению о древних банях — и все шесть на примерах из этой же статьи.

Названо ли место? У находки всегда есть адрес: урочище Пазырык на Алтае, холм Мохенджо-Даро на Инде, деревня Хойя-де-Серен в Сальвадоре, графство Литрим. У «домов на территории Болгарии» адреса нет — ни села, ни памятника, ни хотя бы области. Такое утверждение не проверить в принципе: некуда ехать.

Названо ли, кто копал? Руденко. Маршалл. Шитс. Сатеруэйт. За каждой находкой стоит человек, экспедиция и публикация, которую можно открыть и оспорить. «Археологические раскопки говорят о том, что…» — это не источник. Раскопки не разговаривают, разговаривают археологи, и у них есть фамилии.

Сказано ли, чем датировали? «Каменный век» — не дата, а эпоха длиной в десятки тысяч лет. «450 год до нашей эры» без пояснения — тоже не дата, а число, кочующее по пересказам без владельца. Настоящая датировка выглядит иначе: радиоуглерод по соломе кровли, кольца брёвен сруба, слой пепла от известного извержения.

Отделено ли найденное от истолкованного? Найдено: бронзовый котелок, камни со следами огня, семена конопли, каркас из шести жердей. Истолковано: это очищение после похорон. Первое пришло из земли, второе — из Геродота. А нарядная реконструкция шалаша на музейном стенде — рисунок художника, а не замер. Три уровня в популярных текстах сливаются в один, и художник начинает свидетельствовать наравне с раскопом.

Есть ли у числа хозяин? У размеров купальни Мохенджо-Даро хозяин есть — отчёты экспедиции Маршалла. У даты Второго Пазырыкского кургана есть — работа по кольцам и радиоуглероду. У фразы «первое применение бани произошло несколько тысячелетий назад» хозяина нет, потому что нет и самой цифры.

По каким приметам постройку назвали баней? Назначение здания — всегда истолкование. Каменная камера с топкой может оказаться парильней, сушилкой, коптильней, печью для обжига керамики. В Пьедрас-Неграс парильню опознали по сумме признаков: низкий лаз, отдельная топка, отдушины, сток. Один признак не решает ничего.

Легенда узнаётся по обратным приметам: круглые числа, страна вместо памятника, «учёные считают» без учёного, действие без того, кто его совершил. Красивая легенда не обязательно ложь. Она просто ничего не обещает и ни на что не отвечает.

Как читать письменные свидетельства о бане более поздних эпох — летописи и записки иностранных путешественников, — показано в разборе того, что на самом деле написано о русской бане в источниках. А тот же древний набор, камни и покрышка, дожил до русской деревни в виде бани по-чёрному, и это сходство приёма, а не доказанное родство обычаев.

Мифы

Вывод

О древнейшем парении известно меньше, чем обещают популярные тексты, и при этом гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Известно точное место в античной книге: Геродот, «История», книга четвёртая, главы 73–75. Известно, что он описывает очищение после похорон скифского царя и тут же добавляет, что водой скифы не моются вовсе. Известно, что на камни там бросают коноплю, а не льют воду. Известно, что похожий набор вещей Руденко достал из мерзлоты алтайского кургана, а на Памире прибор подтвердил горение конопли на камнях около 500 года до нашей эры. Известны греческая баня в Олимпии и парильни майя, у каждой из которых есть место, имя копавшего и способ датировки.

Неизвестно главное: где и когда это началось. Ни одна находка на этот вопрос не отвечает и в обозримом будущем не ответит. А у фраз про «дома в Болгарии» и «каменный век» нет вообще ничего.

Разница между этими двумя списками и есть навык, ради которого стоило читать. Встретив в следующий раз «баня появилась восемь тысяч лет назад у всех народов сразу», задайте шесть вопросов из предыдущего раздела. Обычно хватает первых двух.